Документ 8.1. Сенсорная память - Литература 421

^

Документ 8.1. Сенсорная память


Для того чтобы убедиться в существовании сенсорной зрительной памяти, Сперлинг (Sperling, 1960) разработал специальные карты, на которых были нанесены 12 символов (рис. 8.10). Когда эти карты в течение очень короткого времени (порядка 1/20 секунды) с помощью тахистоскопа предъявляли испытуемым, те в среднем не могли вспом­нить больше четырех элементов.

9 2 WG


A R 6 4


С 5 X В



Рис. 8.10. Карты, использованные Сперлингом для выявления сенсорной памяти.
378

Глава 8


Затем Сперлинг предупредил испытуемых, что непосредственно после предъявления карты им будет подаваться звуковой сигнал, причем для разных строк этой карты сигнал будет различным. Например, если после исчезновения картинки подается сигнал, соответствующий второй строке, то испытуемый должен перечислить символы именно этой строки. Оказалось, что в этом случае испытуемые могли вспомнить все четыре (или по меньшей мере три) символа соответствующей строки.
Поскольку в этих экспериментах испытуемые не могли заранее знать, какая строка им будет «заказана» соответствующим звуком, можно сделать вывод, что они обладали потенциальной способностью вспом­нить по меньшей мере 9 символов (так как они вспоминали не меньше трех символов в каждой строке) из 12. По мнению Сперлинга, эту способность можно объяснить лишь тем, что в течение очень короткого времени - менее одной секунды – весь предъявляемый материал остается доступным. Именно этот кратковременный след, существующий на уровне рецепторов и низших нервных центров, называется сенсорной памятью.

^ Документ 8.2. Образы и память


Любая информация в течение определенного промежутка времени, хотя бы очень короткого, оставляет след в виде образов. Большая часть этих образов сохраняется лишь четверть секунды, другие же на всю жизнь откладываются в одной из шкатулок памяти.
Три разновидности образов привлекли особое внимание исследова­телей: последовательные, эйдетические и мысленные образы. Последова­тельные образы формируются на уровне рецепторов, эйдетические представляют собой особый случай кратковременной памяти, а мыслен­ные – это продукты долговременной памяти, и именно из них состоит наш персональный «банк данных», своего рода внутренний киноархив.

^ Последовательные образы


Это такие образы, которые сохраняются в течение короткого времени после того, как человек несколько секунд смотрит на предмет, фиксируя взором одну точку. Различают положительные и отрицатель­ные последовательные образы. Положительные образы возникают тогда, когда мы поворачиваем голову, посмотрев предварительно на источник света (например, солнце). Если после этого закрыть глаза, то появятся светящиеся пятна, которые будут сохраняться в течение нескольких секунд. Это обусловлено длительным возбуждением колбо­чек сетчатки после короткой световой экспозиции (см. приложение А). Если же экспозиция более длительна, формируется отрицательный последовательный образ. Например, если долго фиксировать взглядом цветное изображение, а затем перевести взор на лист серой бумаги, то на этом листе появится изображение в цветах, дополнительных (комплементарных) к исходному рисунку.
379
^ Память, мышление и общение
Согласно теории Геринга (Hering, 1872), в сетчатке имеются три вида колбочек, ответственных за восприятие цвета: одни воспринимают красное и зеленое, другие - синее и желтое и, наконец, третьи отличают светлые тона от темных. В то же время ни один из этих рецепторов не может передавать информацию одновременно об обоих видах раздра­жителей, которые он может воспринять: так, одна и та же колбочка не может одновременно сигнализировать о красном и зеленом цветах.
Когда мы смотрим на цветной объект, в колбочках сначала идут процессы конструктивной фазы, в которой происходит расшифровка цвета. Однако, если экспозиция оказывается слишком длительной, начинаются обратные процессы, свойственные деструктивной фазе. В этой фазе видимый цвет изменяется на противоположный (дополни­тельный). Например, если мы будем в течение 30 секунд смотреть на зелено-черно-желтый флаг, изображенный на с. 184, а затем переведем взгляд на серую поверхность, то зеленый цвет сменится красным, желтый-синим, а черный-белым.
Теория Геринга, выдвинутая больше века тому назад, признается и поныне, хотя она и была несколько модифицирована в соответствии с более современными представлениями, согласно которым все эти процессы происходят не в колбочках сетчатки, а в низших зрительных центрах мозга.

^ Эйдетические образы


Так называют явление, которое встречается лишь у некоторых лиц, особенно у детей, и заключается в том, что они способны с исключительной точностью, вплоть до малейших деталей, сохранять образы предъявляемых им картин.
Рис. 8.11. Эйдетические образы изуча­лись у детей, в частности, с помощью иллюстраций к сказкам. Если предъяв­лять в течение какого-то времени ри­сунки, а затем убирать их (в данном случае изображена встреча Алисы и кота в стране чудес), то некоторые дети сохраняют способность «видеть» этот рисунок в мельчайших деталях - могут, например, назвать число полосок на хвосте кота.
380 Глава 8
Это явление было не совсем верно названо фотографической памятью. Неточность состоит в том, что люди не вспоминают изобра­жение, когда им требуется о нем рассказать, но продолжают его видеть после его исчезновения. Если посадить испытуемого перед пустым экраном и задавать ему те или иные вопросы, то он начнет считать число окон в фасаде дома, число цветков в букете или читать по буквам вывеску магазина, т.е. как бы «рассматривать» ту картинку, которая была ему ранее предъявлена. Глаза его при этом движутся так, как если бы эта картинка действительно находилась перед ним. Такой образ может сохраняться от нескольких минут до нескольких часов (а иногда даже до нескольких лет), причем он нисколько не изменяется (рис. 8.11).

^ Мысленные образы


Мысленные (внутренние) образы - это продукты деятельности мозга, способного сохранять информацию в течение длительного времени. Эта область работы мозга долго не исследовалась научной психологией, так как затруднены объективность и количественные оценки, которые одно время признавались единственно допустимыми критериями в науке.
Действительно, мысленные образы не очень подходящий объект для экспериментального изучения, в частности из-за того, что их трудно даже выявить. Но в то же время внутренние образы - это одна из главных опор мышления, так как именно их содержание служит базой для умственных действий, лежащих в основе большинства когнитивных процессов - от простого вспоминания до абстрактного рассуждения.
В самых различных ситуациях - надо ли нам вспомнить дорогу, по которой мы в детстве ходили в школу, или решить в уме уравнение - в нашем сознании встают такие образы, и мы развиваем их по мере движения нашей мысли.
Мы уже знаем, что в конце прошлого века структуралисты пытались, хотя и без особого успеха, очертить содержание мысли. Для этого они пробовали методом интроспекции исследовать, как происходит объ­единение одних образов с другими.
Несколько позднее Дэвис (Davis, 1932) просил испытуемых, научив­шихся находить дорогу в лабиринте с завязанными глазами, нарисовать на бумаге проходимый путь. Оказалось, что даже если большинство из них могли воспроизвести эти «когнитивные карты», то некоторые испытуемые были неспособны это сделать, а лишь запоминали путь с помощью словесных ориентиров («здесь я поворачиваю направо, затем налево, затем опять направо» и т. д.). Значит, мысленные образы не у всех формируются одинаково.
Пиаже и Инхельдер (Piaget, Inhelder, 1966) показали, что первые внутренние образы формируются у ребенка в возрасте от полутора до двух лет. Но только к 7-8 годам они становятся достаточно гибкими для того, чтобы с их помощью находить решения задач, требующих
381
^ Память, мышление и общение
конкретной оперативной мысли, например задач на изменение формы или объема (подробнее см. ниже в настоящей главе и в главе 10).
Главная проблема заключается в том, чтобы узнать, как же формируются такие образы в нашем мозгу. Формируются ли они раз и навсегда, подобно фотографическому изображению? Или они рекон­струируются по мере надобности? Учитываются ли в них истинные размеры предмета, или же только относительные масштабы по сравне­нию с другими предметами?
Косслин (Kosslyn, 1975, 1978) просил испытуемых представить себе животное, например собаку или кролика. Затем он предлагал «по­местить» рядом с этим животным слона. Испытуемые сообщали, что слон при этом занимал все «изображение». Если же рядом с кроликом надо было представить себе муху, то внезапно все «место» начинал занимать кролик. Кроме того, если кролик находился рядом со слоном, то для того, чтобы «рассмотреть» его нос, требовалось гораздо больше времени, чем если рядом с ним была муха.
Косслин просил также своих испытуемых мысленно пройти к какому-то воображаемому предмету или животному и остановиться, когда этот предмет или животное начнет полностью заслонять горизонт. Оказалось, что испытуемый «останавливается» раньше, если предметом будет дом, а не шалаш, или дуб, а не цветок.
Из таких наблюдений следует, что мы можем мысленно организовы­вать хранящуюся в памяти информацию, для того чтобы реконструиро­вать образы, связанные с какими-то воспоминаниями или понятиями.
Однако это лишь первые шаги в изучении нашего внутреннего мира, наполненного миллионами элементов информации, собирающихся в новые структуры по мере необходимости. Одна из главных за­дач когнитивной психологии - раскрыть, как с помощью подобных механизмов память и мышление организуют наше внутреннее ото­бражение мира.

^ Документ 8.3. Мнемотехнические приемы


Иногда бывает довольно трудно вспомнить какие-нибудь списки слов или цифр, подробное содержание главы какой-то книги или доклада. Человек во все времена пытался найти способы, позволяющие запоминать подобную информацию. Для этого были разработаны мнемотехнические (мнемонические) приемы – от песенок до очень слож­ных методик. Ясно, что использование таких приемов не приводит к чисто автоматическому запоминанию и требует концентрации внима­ния на запоминаемом материале. Кроме того, он должен быть орга­низован таким образом, чтобы отложиться в памяти в хорошо стру­ктурированной форме. Здесь мы рассмотрим некоторые из таких при­емов.
382 Глава 8

Методы группировки


В этой главе мы уже писали о том, что номер телефона или банковского счета легче запомнить, если сгруппировать цифры такого номера в более крупные блоки. То же самое касается, например, списка необходимых покупок. Например, если мы идем в продовольственный магазин, то для запоминания лучше будет разделить покупки на овощи, фрукты и мясные изделия или же на продукты, необходимые для завтрака, для обеда и для ужина.

^ Методы рифм и ритма


Этот пример хорошо знаком детям, заучивающим цифры. Он лежит в основе считалок, например:
«Раз, два, три, четыре, пять - вышел зайчик погулять» и т. д.1 Рифма служит в данном случае опорой для группировок, осуществля­емых благодаря ритму.

^ Метод акронимов и акростихов


Метод акронимов -это очень распространенный (может быть, даже слишком распространенный) прием, состоящий в том, чтобы составлять сокращенные названия из первых букв слов, обозначающих то или иное явление, предмет и т. п. Этот метод, в частности, используют в названиях множества организаций, институтов и проч., которые мы теперь часто знаем уже только по их акрониму: СЭВ, ООН, НАТО и т. п. Действительно, многие ли сейчас могут сказать, как расшифровывается ЮНЕСКО?
Что касается акростихов, то это такие стихи, первые буквы каждой строки которых (если читать по вертикали) образуют какое-то слово или даже фразу. Так, для запоминания по порядку черепномозговых нервов в медицинских институтах используют, казалось бы, бессмысленный стишок: «Об орясину осел топорище точит, а факир, выгнав гостей, выть акулой хочет». Первые буквы этих слов и соответствуют, по порядку, латинским названиям черепномозговых нервов (I пара - ольфакториус (обонятельный), 12-я пара - хипоглоссус (подъязычный)2.

^ Цепной метод


Это более сложный метод, при котором элементы какого-то списка стараются ассоциировать друг с другом в цепь при помощи мысленных образов, отражающих связи, специально придуманные для каждой пары ее звеньев. Представьте себе, например, что вам надо запомнить список продуктов в продовольственном магазине – кофе, масло, ветчину, яйца, хлеб, цыпленка и капусту. Теперь исходите из первого же образа, который придет вам в голову. Пусть это будет цыпленок, клюющий кофейные зерна; этот цыпленок вылупляется из яйца, лежащего в капусте, а листки этой капусты представляют собой бутерброды из хлеба, масла и ветчины. Запомнив этот сложный сюрреалистический образ, вы смело можете идти в магазин: ни одну из ваших покупок вы не забудете.
1 Во французском оригинале приводится пример: „Un, deux, trois-je m'en vais au bois-quatre cinq six-cueillir des cerises", etc.- ^ Прим. перев.
2 Во французском оригинале: „Oh, oh, mon photo, tu m'as fait aimer Gounod pendant six hivers" для запоминания тех же нервов.- Прим. перев.
383
Память, мышление и общение

^ Метод «мест»


При подготовке своих речей древние греческие и римские ораторы использовали специальные мнемотехнические приемы. Они вспоминали все объекты, расположенные на дороге, по которой они ежедневно ходили в городе («места»). Затем к каждому из этих мест они «привязы­вали» тезис или аргумент речи. Скажем, первый тезис мог соответство­вать какой-то лавочке, второй - урне на углу улицы, третий - фонтану на площади и т.п. Когда же они произносили свою речь, они мысленно проходили по этой дороге и «забирали» в каждом месте соответствую­щий элемент.
Можно использовать этот прием и для решения более приземленных задач - например, для запоминания уже приведенного выше списка продуктов. Для этого можно, например, мысленно пройти по дому и «разместить» в каждой части дома один из продуктов - хлеб в кухне, цыпленка в гостиной, ветчину в ванной, капусту на кровати в спальне, яйца на лестнице и т.д. (рис. 8.12).

Рис. 8.12. «Метод мест» может быть использован для самых практичных целей – например, для запоминания списка покупок в продовольственном магазине.
384 Глава 8

Метод парных ассоциаций


В этом методе используются одновременно рифмы и мысленные образы. Сначала нужно срифмовать десять (а при желании и 20) чисел с какими-то словами, например: один-магазин, два-трава, три-пузы­ри, четыре-в квартире, пять-кровать, шесть-жесть, семь-тень, во­семь-осень, девять-деверь, десять-месяц. Теперь вернемся опять к на­шему списку продуктов и постараемся связать каждый из них с одной из этих опорных точек, представляя себе тот образ, который получается при таком соединении. Так, в магазине будет лежать капуста, по траве будет бегать цыпленок, пузыри будут получаться из кипящего масла и т. д. Потом достаточно будет вспомнить по порядку все эти образы, чтобы восстановить необходимый список.
Все эти приемы на первый взгляд кажутся детской игрой. Однако при хорошей организации материала и удачном ассоциировании мысленные образы, создаваемые в результате таких ассоциаций, могут быть надеж­ным средством запоминания списка элементов, имеющих друг с другом мало общего.
Даже в том случае, если усилия на составление мнемонических схем покажутся вам чрезмерными по сравнению с достигаемыми результата­ми, помните, что такая игра все равно «стоит свеч»: требуя от вас постоянной мобилизации воображения, она будет развивать ваши твор­ческие способности.

^ Документ 8.4. Нарушения памяти на события, восприятия, действия или слова


Мозг - очень хрупкий орган. Он состоит из сотен миллиардов нейрон­ных цепей, в каждую из которых входят сотни синапсов. Все эти цепи повреждаются при сотрясениях, травмах или кровоизлияниях. Работа их может также серьезно нарушаться при злоупотреблении некоторыми лекарственными препаратами или просто из-за ускоренного старения нервной системы.
Одним из первых признаков таких нарушений часто бывает более или менее глубокое и специфическое забывание какого-то приобретенного опыта. При амнезиях человек забывает о тех или иных событиях. При агнозиях нарушается зрительное, слуховое или тактильное восприятие и человек не узнаёт предметы или людей. При апраксиях больной не может воспроизводить определенные действия. Наконец, при афазиях затрагивается одна из областей мозга, ответственных за речь.

^ Амнезии (нарушения памяти на события)


Как мы уже знаем, для переноса следов события в долговременную память требуется от 15 минут до часа. Это время называется периодом консолидации. Если в этот период у человека произойдет, например,
385
^ Память, мышление и общение
сотрясение мозга, то события последних минут, предшествовавших сотрясению, могут не запомниться.
Невозможность вспомнить события, предшествующие травме, назы­вается ретроградной амнезией. Как правило, при этом страдает та информация, которая уже закреплена в долговременной памяти. Однако в ряде случаев хронической алкогольной интоксикации или маразма, обусловленного преждевременным старением нервной системы1, разру­шаются целые блоки памяти, и человек иногда не может даже вспомнить свое имя или способ обращения с таким привычным предметом, как, например, вилка.
Напротив, при антероградной амнезии информация не может перехо­дить из кратковременной памяти в долговременную. Такие больные не могут усваивать новую информацию или новые формы поведения. Подобные нарушения тоже могут быть связаны с травмами мозга или сенильными психозами.

^ Агнозии (нарушения восприятия)


При агнозиях - нарушениях восприятия - рецепторы не затрагиваются и информация нормально поступает в область мозга, ответственную за ее переработку. Однако вследствие повреждения этой области информа­ция не расшифровывается или расшифровывается плохо (см. приложе­ние А).
При зрительной агнозии больной видит то или иное лицо или предмет, но не может его распознать. Например, он зрительно не узнаёт вилку, но если его попросить принести эту вещь, то он тут же выполняет приказание (так как слуховое восприятие остается нормальным).
Напротив, при слуховой агнозии выдающийся музыкант, например, может после травмы не узнать мелодию, которую он много раз слышал и играл, однако при чтении партитуры он будет ее прекрасно узнавать.
Больные с тактильной агнозией не могут на ощупь с завязанными глазами узнать предметы, которые они раньше много раз держали в руках. Но стоит снять повязку с глаз, и предмет тотчас же узнается.

^ Апраксин (нарушения программирования движений)


Невозможность выполнять какие-то движения иногда может быть обусловлена повреждением тех зон мозга, где в норме эти движения программируются или координируются. Однако некоторые симптомы позволяют отнести подобную патологию к нарушениям памяти.
При апраксии больные порой не могут осуществлять такие простые действия, как одевание, или же теряют способность правильно обращаться с бытовыми предметами. Например, один из таких больных пытался зажечь свечку, чиркая ею по спичечной коробке.
1 Примером может служить болезнь Альцгеймера (см. гл. 12).
386 Глава 8

^ Афазии (расстройства речи)


У словесного общения есть две стороны: экспрессивная (передача информации путем устной или письменной речи) и рецептивная (вос­приятие и расшифровка устной или письменной информации). При любом повреждении нервных центров, ответственных за речевые функ­ции (а тем самым и за механизмы общения), какая-либо из этих функций может существенно нарушаться.
Гудгласс (Goodglass, 1980) рассматривает такого рода расстройства, называемые афазиями, как нарушение способности пользоваться языком или «вспоминать» его. В зависимости от того, какие именно области мозга поражены (см. рис. 8.13 и приложение А), у больного может быть нарушено либо произнесение слов (при повреждениях в лобных долях), либо письмо (в теменных долях), либо понимание речи - устной (в височных долях) или письменной (в затылочных долях). Важно отме­тить, что в большинстве случаев нарушения возникают при поражении левого полушария.

^ Расстройства активной речи (устной или письменной)


Нарушения артикуляции (афазия Брока). Если повреждение локализо­вано в лобной доле в области центра устной речи, то у больных возникают серьезные расстройства, связанные с невозможностью назы­вать буквы или числа и особенно с колоссальными затруднениями при попытках произнести слово, которое они тем не менее хорошо узнают.
Нарушения письма (аграфии}. Практически такое состояние представ­ляет собой апраксию, затрагивающую письменную речь, и выражается в том, что мозг не может «вспомнить», как надо программировать и координировать движения руки при письме. Так бывает при поврежде­ниях в верхней части лобной доли или в задней части теменной доли.


Рис. 8.13. Локализация в коре голов­ного мозга зон, ответственных за вос­приятие (1, 2, 3), программирование движений (/ и /') и речь (А, В, С, D)-При повреждениях этих участков мо­жет возникнуть зрительная агнозия (/). слуховая агнозия (2), тактильная агно­зия (3), апраксия (I и /'), нарушения устной речи (А), письма (D и /'), пони­мания устной речи (-8) или чтения (С)
Память, мышление и общение 387

^ Нарушения восприятия речи


Расстройства понимания устной речи (афазия Вернике). Они возни­кают при повреждениях слуховой коры в задних отделах височной доли. При этом больной говорит более или менее нормально, если не считать того, что порой он начинает заговариваться, подменять слова или составлять новые слова из различных «кусочков». Однако главная особенность такой афазии-то, что больной слышит почти все обращен­ные к нему слова, однако испытывает неимоверные затруднения в их понимании: он не может правильно расшифровать услышанное. Такое расстройство - частный случай слуховой агнозии - может доходить до полной «речевой глухоты».

^ Нарушения чтения

(алексия). При повреждении в области зрительной коры (затылочная доля) у некоторых больных возникают затруднения в распознавании букв и слов, хотя они их видят. Если при этом чтение становится совершенно невозможным, то говорят о полной алексии. При этом больные чувствуют себя перед письменным текстом так, как чувствовал бы себя абсолютно не знающий французского языка немец перед французской книжкой. Однако разница между таким больным и иностранцем, не знающим того или иного языка, состоит в том, что у больного утрачивается восприятие текста на родном языке, на кото­ром он говорил с самого раннего детства.
Описанные выше нарушения редко встречаются «в чистом виде», затрагивающем лишь какую-то одну сторону языкового общения. Труд­ности понимания и четкого описания афазии связаны именно с тем, что при повреждениях мозга эта аномалия обычно возникает не изолирован­но -она чаще всего сопровождается другими нарушениями двигатель­ных функций или восприятия типа агнозий или апраксий, частным случаем которых по существу и являются афазии.

^ Документ 8.5. Лжесвидетельство или просто «недоразумение» во взаимоотношениях между памятью и речью?


Показания свидетеля на суде могут иногда иметь драматические последствия для обвиняемого. Между тем свидетельство «очевидца» - крайне ненадежная вещь. Во многих исследованиях было показано, что большинство описаний, сделанных людьми после какого-то события, при котором они присутствовали, неточно или даже абсолютно неверно. Часто в таких описаниях добавляются или опускаются многие подроб­ности, а действительные факты бессознательно преувеличиваются.
Так, например, было обнаружено (Leippe et al., 1978), что, когда требуется узнать человека по фотографии его лица, только треть всех испытуемых делает это правильно, еще одна треть вовсе его не узнает, а остальные уверенно дают ошибочный ответ.
388 Глава 8
Оказалось также, что воспоминания о событиях часто связаны с интересами, взглядами и ожиданиями свидетеля. Например, человек с расистскими взглядами склонен будет указать на «инородца», сек­суально озабоченный индивидуум будет во многом видеть сексуальную агрессию, а человек в тревожно-мнительном настроении будет убежден, что «так и должно было случиться».
Иногда в воспоминаниях бывает много пробелов, и в сознании свидетеля не складывается целостная картина. В таких случаях люди совершенно неумышленно заполняют эти пробелы подробностями из других прошлых ситуаций, чтобы картина получилась связной. При этом создается версия, имеющая лишь отдаленное отношение к реально­сти, но отражающая то, «как все должно было произойти».
Вина за искажение фактов не всегда ложится только на свидетеля или, точнее, на его память. На воспоминания о событиях порой может влиять и то, как задаются свидетелю вопросы. Лофтус (Loftus, 1979) показала, как словесные сигналы могут задним числом изменять воспри­нятую человеком картину и как нечаянные и умышленные подсказки, содержащиеся в вопросах, очень часто могут оказать влияние на содержимое памяти.
Испытуемым показывали заснятые на кинопленку автодорожные происшествия. При этом Лофтус обнаружила, что если у них спрашива­ли, «с какой скоростью ехали машины, когда они врезались друг в друга», то в ответ назывались гораздо более высокие цифры, чем при вопросе «с какой скоростью ехали машины, когда они столкнулись». Кроме того, спустя неделю Лофтус спросила тех и других испытуемых, были ли на месте аварии осколки стекла, и тогда в первой группе нашлось гораздо больше людей, которые «вспомнили», что осколки действительно были. Это тем более поразительно, что на самом деле никаких осколков не было.


Рис. 8.14. Сцены, предъявлявшиеся в экспериментах Лофтус. Многие испы­туемые, которым была предъявлена нижняя сцена и у которых позже спра­шивали, остановилась ли машина у знака "STOP", неделю спустя утверж­дали, что на данном кадре действи­тельно был знак „STOP". На самом же деле это был знак «Уступите дорогу».
Память, мышление и общение 389
Лофтус показывала также группе испытуемых фрагмент кинофиль­ма, в котором машина подъезжала к перекрестку со знаком «STOP», а другой группе - сходный фрагмент, в котором автомобиль подъезжал к этому же перекрестку, но уже со знаком «уступите дорогу» (рис. 8.14). После просмотра испытуемых обеих групп просили рассказать, как вел себя автомобиль при подъезде к сигналу «STOP». Оказалось, что через неделю после просмотра больше половины свидетелей из второй группы указывала, что перед перекрестком стоял знак «STOP».
В другой серии исследований испытуемых одной из групп после просмотра еще одного кинофрагмента спрашивали: «С какой скоростью ехала машина по сельской дороге, когда она проезжала мимо риги?» Другой группе тот же вопрос задавали без упоминания о риге, которой на самом деле не было. Спустя неделю о наличии риги упоминали 17% лиц из первой группы и лишь 3% из второй.
Таким образом, память - весьма ненадежное хранилище данных, содержимое которого легко может изменяться под влиянием новой информации, и есть основания думать, что слово, как никакой другой фактор, может играть важную роль в искажении воспоминаний.

^ Документ 8.6. Гипотезы, дедукция и формальное мышление


Нам ежедневно приходится решать какие-то задачи, требующие формального мышления. Для того чтобы показать, как осуществляется абстрактное рассуждение, мы приведем логическую задачу, с которой можно было бы столкнуться (если немножно пофантазировать) в быту.
«Три подружки - Моника, Николь и Одетта - собираются на вечерин­ку. Ради забавы они решают обменяться друг с другом одеждой, точнее - платьями и туфлями. При этом они ставят условие, что никто из них не наденет одновременно платье и туфли, принадлежащие кому-ли­бо одному, а также собственные туфли или платье. Моника сразу решает надеть платье Николь и туфли Одетты. Как поделят между собой одежду Одетта и Николь?»
Несомненно, такая задача покажется вам чересчур элементарной и вам захочется сразу перевернуть страничку. Однако давайте ненадолго остановимся и проанализируем, каким же образом мы пришли к реше­нию.
Для того чтобы облегчить задачу, мы построим табличку с двумя строками, соответствующими предметам одежды, и тремя столбцами, соответствующими каждой из подружек. Столбец Моники можно запол­нить сразу, так как ее выбор уже сделан.

Моника
Николь
Одетта
Платье
Николь
О
М
Туфли
Одетты
М
Н
390 Глава 8
Дальше можно, разумеется, действовать методом «проб и ошибок» Однако единственный способ логически решить задачу состоит в том чтобы строить гипотезы и делать из них выводы. Учитывая исходные условия задачи и тот факт, что Моника уже выбрала себе одежду, мы можем сформулировать лишь две гипотезы и будем их последовательно проверять:
1) Николь наденет платье Моники, или
2) Николь наденет платье Одетты.
Взглянув на таблицу, мы сразу можем отбросить первую гипотезу;
ведь если Николь наденет платье Моники, то ей придется взять туфли Одетты, что невозможно, так как эти туфли уже выбрала себе Моника, а Одетте пришлось бы надеть собственное платье.
Отсюда мы заключаем, что только вторая гипотеза верна и Николь должна надеть платье Одетты. Соответственно заполним второй стол­бец таблички и посмотрим, все ли сходится.

Моника
Николь
Одетта
Платье
Николь
Одетты
Туфли
Одетты
Моники
Теперь остается лишь Одетте надеть платье Моники и туфли Николь, и обмен будет совершен по всем правилам. Отлично! Вы решили задачу, все сходится и вы достигли стадии гипотетико-дедуктивного рассужде­ния, характерной для формального мышления.
Однако для того, чтобы удостовериться, насколько вы сильны в таком мышлении, лучше посмотреть, как, а главное с каким результа­том, вы решаете ваши повседневные задачи. А пока мы предложим еще одну задачку, которая даст вам возможность «поиграть» с различными гипотезами и выводами и одновременно повысить свои познания в обла­сти психологии1.
Среди звезд психологии фигурируют такие имена, как Вундт, Уотсон, Пиаже, Фрейд и Бине. Студент, изучающий психологию, перепутал сведения об этих ученых, в частности даты их рождения и смерти, названия их главных трудов и даты их опубликования. Приводим эти сведения, расположенные в хронологическом (даты) или алфавитном (названия трудов) порядке.
Годы жизни
1832-1920 1878-1958 1856-1939 1896-1980 1857-1911
1Ответ на эту задачу вы найдете в любом хорошем энциклопедическом словаре или в книгах по истории психологии.
Память, мышление и общение 391
Труды
«Бихевиоризм»
«Введение в психоанализ»
«Психология интеллекта»
«Экспериментальное исследование интеллекта»
«Элементы физиологической психологии»
Даты опубликования
1873
1903
1916
1924
1947
Попробуйте соотнести ученых со сведениями о них и заполнить приведенную ниже таблицу, учитывая следующее:
1) Пиаже, опубликовавший свой труд в 1947 г., прожил на 30 лет дольше, чем автор «Экспериментального исследования интеллекта», причем этот последний труд не принадлежит Вундту;
2) «Введение в психоанализ» Фрейда не было опубликовано в 1903 г.;
3) «Элементы физиологической психологии» были опубликованы в 1873 г. Автор этого труда прожил на 4 года больше, чем тот ученый, который умер позже всех;
4) автор «Психологии интеллекта» родился на 18 лет раньше Уотсона и опубликовал свой труд на 23 года позже Уотсона.
Примечание. В этой задачке проверяется, конечно, не ваша память, а ваша способность к рассуждениям.

Бине
Фрейд
Пиаже
Уотсон
Вундт
Годы рождения и смерти


Название труда


Год публикации




Бине
Фрейд
Пиаже
Уотсон
Вундт
Годы рождения и смерти
1857-1911
1856-1939
1878-1958
1896-1980
1832-1920
Название труда
«Экспериментальное исследование интеллекта»
«Введение в психоанализ»
«Психология интеллекта»
«Бихевиоризм»
«Элементы физиологической психологии»
Год публикации
1903
1916
1947
1924
1873

^ Документ 8.7. Дети и психолингвистика


Психологов, и особенно психолингвистов, давно поражает легкость, с которой дети усваивают язык. Каким образом спустя всего несколько месяцев после появления первых слов дети уже обладают структурами, необходимыми не только для восприятия речи взрослых, но и для ее понимания, а к тому же и для построения достаточно правильных фраз которые могут быть поняты взрослыми?
392 Глава 8
По мнению лингвистов, у детей уже очень рано формируются фонологические, семантические и синтаксические познания, необходи­мые для усвоения языка. Разберемся в этом несколько подробнее.
Фонология изучает, в частности, фонемы. Фонемами называют звуковые компоненты, или звуки, языка. Если взять 141 язык, на каждом из которых говорит по меньшей мере миллион человек, то окажется, что эти языки включают от 15 до 85 фонем. Как выяснилось, в первый год жизни каждый младенец способен без труда произносить 75 различных фонем. Таким образом, он обладает достаточной потенцией для усвое­ния любого языка. Младенец может с одинаковым успехом произносить английское th, щелкающий звук, имеющийся в языке бушменов, и араб­ские гортанные звуки. Но поскольку ребенок, как правило, оказывается погруженным лишь в одну языковую среду, он постепенно перестает издавать звуки, не свойственные родному языку.
В дальнейшем ребенок довольно быстро приобретает способность понимать значение слов, неразличимых по звучанию, но имеющих разный смысл в зависимости от контекста. Это свидетельствует о разви­тии семантических функций и служит явным признаком включения мыслительных процессов.
Хотя в словаре французского языка содержится около 50 тысяч слов, в основном используется немногим более тысячи. Если же учесть, что из этой тысячи в нашей повседневной речи 60% составляют 50 самых употребительных слов, то лингвистическая компетентность трехлетнего ребенка, знающего около тысячи слов, не вызовет сомнения.
Синтаксис - это совокупность правил, определяющих взаимоотноше­ния между словами и их комбинации при составлении фраз. Ребенок проявляет способность произносить первые фразы в возрасте от полуто­ра до двух лет. Даже если эти первые фразы состоят всего из двух слов, определенный порядок их следования говорит о синтаксической компе­тентности ребенка. Если ребенок бормочет «авака ... кусить», то он будет чередовать слова именно в таком порядке, а не «кусить ... авака», и взрослые быстро поймут, что он хочет сказать «собака хочет кушать», а не предлагает «скушать собаку».
Подобные структуры существуют во всех языках. Более того, в раз­личных культурах, где говорят на самых разных языках, дети развива­ются одинаково. На основании этого лингвист Хомский (Chomsky, 1965) высказал предположение, что каждый язык представляет собой лишь один из вариантов общей модели, в которой все фразы состоят из подлежащего, сказуемого и дополнений.
Согласно этой точке зрения, существует глубинная структура, общая для всех языков, на которую наслаивается поверхностная структура, характерная для конкретного языка и соответствующая элементам, из которых этот язык состоит. Например, в предложениях «Жан выгули-
393 Память, мышление и общение
вает собаку», «Собаку выгуливает Жан» или «John takes the dog out» поверхностная структура различна, а глубинная одинакова. Именно благодаря этой глубинной структуре, неявно (имплицитно) присутству­ющей в любом из трех вариантов фразы, мы можем понять смысл, зашифрованный тремя различными способами.
Хомский и психолингвисты, стоящие на преформистских позициях, нисколько не отрицают роли опыта в формировании поверхностных структур. Но, согласно их точке зрения, глубинная структура и правила построения на ее основе поверхностной структуры являются врожден­ными для всех людей.
Ингрэм (Ingram, 1975) показал, однако, что система правил, позво­ляющая трансформировать глубинную структуру в поверхностную, практически отсутствует в возрасте до 2 лет и формируется лишь постепенно, в основном в период от 6 до 12 лет. Подобные наблюдения подкрепляют скорее точку зрения Пиаже и конструктивистов, которые рассматривают речь не как самостоятельный вид активности, а как продолжение мышления и признак его развития.

^ Документ 8.8. А что, если бы обезьяны могли говорить?


Согласно самым современным взглядам, эволюционная ветвь, веду­щая к человеку, отделилась 6-10 миллионов лет назад. Но, как мы уже знаем из первой главы, язык появился не более двух миллионов лет назад (а некоторые ученые называют даже цифру 75 тысяч лет). Каким же образом и под действием какого селективного давления развивался язык? Ответа на этот вопрос пока нет.
Однако если у человека смогла развиться способность к речи, то почему она не сформировалась у его «ближайших родственников» - че­ловекообразных обезьян? Что произойдет, если обезьяньим детенышам предоставить возможность развиваться в таких же условиях, в каких живут человеческие дети? Обладают ли эти животные познавательными способностями, позволяющими освоить язык?
Подобного рода вопросы уже давно ставили перед собой некоторые психологи (в большинстве случаев это были супружеские пары).
Первая попытка поместить детеныша обезьяны в такую же среду, что и человеческого младенца, была предпринята супругами Kellog (1933). Для этого они воспитывали маленькую самку шимпанзе по кличке Гуа вместе со своим мальчиком Доналдом. Их одинаково одевали, они ели и спали по одному и тому же расписанию; за ними одинаково ухажива­ли, ласкали и т.д. Однако, несмотря на то что в 16 месяцев Гуа понимала смысл более 90 слов, она ни разу не смогла произнести хотя бы один звук, сходный со звуками человеческой речи. Доналд же выговаривал подобные звуки уже с первого года.
Сходная попытка была предпринята супругами Хейс (Hayes, 1951). Они воспитывали самку шимпанзе по кличке Вики, но только на этот раз уже «саму по себе», а не одновременно с ребенком. Через несколько месяцев Вики смогла произносить три слова: «мама», «папа», и «кап» (по-английски «чашка»). Однако она выговаривала эти слова настолько нечленораздельно, что посторонние люди понимали их с трудом.

rsrrrryorrsryos-rrsrrryorrrrss-rrsryor-hricorekaz2012-rrrrsrrsrrrsr-rrrrrrss-rr-rsrrrr-srrrrrrr-sssrrryosr-6.html
rsrrrryorrsryos-rrsrrryorrrrss-rrsryor-hricorekaz2012-rrrrsrrsrrrsr-rrrrrrss-rr-rsrrrr-srrrrrrr.html
rsrrrryorrsryos-rrsrrryorrrrss-rrsryor-sssrrryosr-13.html
rsrrrryorrsryos-rrsrrryorrrrss-rrsryor-sssrrryosr-39.html
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат