Экзистенциальная теория общества

УДК 316.25
Мельников А.С.
доцент кафедры социологии
Восточноукраинского национального
университета имени Владимира Даля
ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНАЯ ТЕОРИЯ ОБЩЕСТВА
В СОЦИОЛОГИИ Э. ГИДДЕНСА1

Постановка проблемы.

Энтони Гидденс, без сомнения, является одним из наиболее известных и цитируемых социологов современности. В его научном творчестве, как правило, выделяют три основных периода. В 1970-е годы он занимается критическим переосмыслением классической социологии. В конце 70-х и в 80-е годы создает теорию структурации, а с начала 1990-х годов разрабатывает теорию рефлексивной модернизации и обращается к проблемам политики. Значимое место в социологии Э. Гидденса занимает разработка экзистенциальной социальной проблематики, которая еще не включена в общетеоретический дискурс социологии.

^ Анализ последних исследований и публикаций.

Осмыслению научного творчества Э. Гидденса посвящено множество работ, как в западной социологии, так и в постсоветской социологии (С. Лойал, Я. Крейб, С. Мештрович, Й. Ламла, К. Такер, И. Коэн, Г. Вагнер, В. Аткинсон, С. Романова, О. Оджаклы, В. Фурс, М. Петрусек и др.). Однако

малоизученной

и

актуальной

в свете современных социальных изменений остается та часть исследований британского социолога, которую можно было бы обозначить как экзистенциальную теорию общества. Попытка целостно и по возможности системно представить данное направление в социологии Э. Гидденса является основной

целью настоящей статьи.


В истории социологии принято считать, что главным достижением Гидденса является созданная им теория структурации, в рамках которой британский ученый попытался решить одну из ключевых теоретических проблем микро-макро синтеза. В решении данной проблемы теория структурации имеет много общего с экзистенциальной социологией, в частности, в рассмотрении социальной реальности как единства пространственно-временных параметров, а также в подчеркивании социального становления и снятия субъект-объектных противоречий. Кроме того, малоизвестным остается факт, что значительно раньше Гидденса, главные идеи теории структурации были изложены в работах основоположника экзистенциальной социологии Эдварда Тирикьяна, о чем последний писал еще в конце 1970-х годов в своей критической рецензии на книгу Гидденса “Новые правила социологического метода” [1]. Этот факт, помимо всего прочего, также указывает на общность фундаментальных принципов теории структурации и экзистенциальной социологии. И наконец, еще одной общей чертой социологии Э. Гидденса и экзистенциальной социологии является влияние на британского ученого целого ряда экзистенциальных мыслителей, в особенности М. Хайдеггера и его интерпретации проблемы бытия и времени.
Обращение к экзистенциальным проблемам общества и личности ориентировано у Гидденса на два взаимосвязанных концептуальных построения. К первому из них относится разработка проблемы экзистенциальных противоречий общества, представленная еще в 1984 году в работе “Устроение общества: очерк теории структурации” [2]. Вторая концепция основана на изучении социальных аспектов феномена онтологической безопасности в эпоху поздней современности, но включает в себя и более широкий круг экзистенциальных проблем, поэтому мы условно обозначили ее как концепцию экзистенциальных параметров поздней современности. Главные идеи этой концепции изложены Гидденсом в книге “Современность и самоидентичность” (1991) [3].
^ Концепция экзистенциальных противоречий общества

Изложение основного материала исследования.

Свою первую экзистенциальную концепцию Э. Гидденс развивает исходя из того утверждения, что понятие противоречия должно стать важным элементом социологического анализа и не использоваться только в логическом смысле. Он подразделяет противоречия на экзистенциальные и структурные. “Под экзистенциальным противоречием, - пишет Гидденс, - мы понимаем ба­зовую проблему сосуществования человека и природы или материального мира” [2, с. 277]. Несмотря на то, что такое определение экзистенциального противоречия, подчеркивающее проблему антагонизма материального и идеального, предполагает обращение скорее к религиозным, чем к научным вопросам, оно имеет, с точки зрения британского теоретика, большое значение для социологии. Экзистенциальное противоречие выражает столкновение человека с собственной природой, поскольку он является частью естественного мира и в то же самое время, вынужден противостоять ему.
Структурный тип противоречия является, по Гидденсу, фундаментальной чертой человеческого общества. Сталкиваясь между собой, стороны структурного противоречия вступают во взаимное отрицание, а также разделяются на два уровня. Первичные противоречия приводят к созданию социетальных общностей, тогда как вторичные противоречия являются производными первичных и связаны преимущественно с формированием современных наций-государств.
В доклассовом (трайбалистском) обществе наблюдается близость человека и природы, а экзистенциальные противоречия преобладают над структурными, центром которых являются системы родства и традиций. Главной формой отражения экзистенциальных противоречий в таких обществах выступает миф. В ранних классовых обществах специфической формой структурного противоречия становится отношение между городскими и сельскими зонами. Государство здесь еще не утрачивает широкие связи с экзистенциальными противоречиями, а ключевое место в социальной жизни занимает религия. В позднем же классовом обществе, напротив, экзистенциальные противоречия уступают структурным, возникающим в процессах формирования государства. Особенностями первичного структурного противоречия капиталистического общества являются разделение государства и гражданского общества, а также напряженность между внутри- и внешнегосударственными социально-экономическими процессами.
С возникновением классового общества, социальные структуры постепенно утрачивают соразмерность с природой, однако историческое преобладание структурных противоречий не ведет к полному устранению экзистенциальных противоречий, поскольку последние являются основополагающими по своему характеру (табл. 1).
Таблица 1.
^ Экзистенциальные и структурные противоречия
на различных стадиях развития общества2

Трайбалистское общество
(устные культуры)
Господство экзистенциального противоречия.
Отсутствие государства.
Классово разделенное общество
Структурное противоречие/ экзистенциальное противоречие.
Форма государственною устройства: связь между городом и сельской местностью.
Классовое общество
(капитализм)
Господство структурного противоречия.
Форма государственного устройства:
государство-нация.
Развивая концепцию экзистенциальных противоречий, Гидденс поднимает вопрос о соотношении понятий противоречия и конфликта. “Говоря о конфликте, - пишет он, - мы подразумеваем реальную борь­бу между действующими людьми или группами, независи­мо от того, каковы истоки этой борьбы, ее способы и сред­ства, мобилизуемые каждой из сторон” [2, с. 284]. Конфликт, помимо этого, выражается в определенных социальных практиках. В отличие от конф­ликта, противоречие всегда относится к некоторой структуре и указывает на дезинтегрированные области социальной системы, где есть “разобщение или дизъюнкция структуральных принципов организации социальной системы” [2, с. 284]. Противоречие является более фундаментальным феноменом по сравнению с конфликтом. Оно включает в себя разделение социальных интересов и различие образа жизни, а также может существовать не вызывая непосредственных конфликтных столкновений, для которых необходимы определенные социальные условия, делающие конфликт возможным.
Концепция экзистенциальных противоречий Э. Гидденса стала одним из элементов в построении теории структурации. Развивая данную теорию на протяжении 1980-х годов, уже в самом начале 1990-х британский социолог попытался применить ее базовые принципы для анализа стремительных социальных изменений того времени, обозначенных им как эпоха “поздней” или “высокой” современности. В осмыслении общих характеристик возникновения этой новой эпохи Гидденс попытался концептуализировать так называемые “экзистенциальные параметры” поздней современности.
^ Концепция экзистенциальных параметров поздней современности
В качестве фундаментальных аспектов поздней современности Э. Гидденс выделяет три взаимосвязанных измерения динамики социальной жизни – “контуры высокой современности” [3, c. 10-34]. К первому из таких контуров относится разделение времени и пространства, при котором возникновение глобальной социальной реальности перестало быть привязанным к определенному месту и локальному времени. Универсализация пространства и времени привела к возможности масштабного перестроения социальных отношений посредством их относительной пространственно-временной индетерминированности. Вторым контуром поздней современности выступают механизмы деконтекстуализации (disembedding) – отрыва социальной жизни от конкретных локальных ситуаций. Механизмы деконтекстуализации включают в себя две абстрактные системы символических форм (symbolic tokens) и экспертных систем. Лучшим примером символической формы выступают деньги, тогда как экспертные системы являются совокупностью специальных технологических знаний в различных областях жизни. Третий контур поздней современности выражается в институциональной рефлексивности, то есть в закреплении и регулировании нового знания, а также во влиянии этих механизмов на социальную жизнь. Особенность рефлексивности проявляется в сомнении относительно однозначности и определенности любого знания. Экзистенциальный аспект рефлексивности заключается в том, что радикальное сомнение становится проблемой для большей части людей в их повседневной жизни.
Выделяя три главные черты поздней современности, Гидденс рассматривает различные особенности их проявления в социальной жизни. Так, большое внимание он уделяет диалектике локального и глобального и ее влиянию на повседневность. Рассмотрению также подлежит феномен медиации опыта, включающий в себя “эффект коллажа” в медиа коммуникациях и проникновение отдаленных событий в повседневное сознание, что придает медиа репрезентациям характер не только отражения, но и формирования реальности.
В контексте всех перечисленных аспектов Гидденс конструирует концепцию экзистенциальных параметров современности. Исходным пунктом данной концепции выступает утверждение о возрастающем скептицизме высокой современности и осознании рисков развития науки и новых технологий. Эти процессы можно описать как разочарование в возможности подчинить реальность законам абсолютного рационального порядка. Неопределенность развития событий вносит, таким образом, осознание риска и свободы действий, лишенных предопределения. Ссылаясь на У. Бека, Гидденс описывает этот экзистенциальный параметр как общество риска, в котором индивиды и социальные группы несут полную ответственность за свой выбор и содержащиеся в этом выборе риски. Исходя из этого, личность (self) эпохи высокой современности становится рефлексивным проектом, а дистанция между личностным и глобальным уровнями социальной реальности резко сокращается.
Несмотря на повышение степени экзистенциальной рефлексивности современного общества, в нем содержится практическое сознание, придающее личности ощущение онтологической безопасности. Практическое сознание является источником естественной установки и фундаментом конструирования знакомого безопасного мира. Естественная установка скрывает остроту экзистенциальных вопросов, вызывающих тревогу. Эти вопросы касаются пространства, времени, целостности и идентичности. Естественная установка обеспечивает ответы на эти вопросы, но их содержание не является рациональным, а скорее подпитано эмоциональной верой подсознательного уровня, которая формирует, в свою, очередь состояния базового доверия, надежды, мужества перед лицом бытия и на фоне беспредметной экзистенциальной тревоги (anxiety). Защита естественной установки конструирует также чувство нереальности, которое обеспечивает целостность личности перед возможными угрозами. Поэтому мы познаем реальность не такой, какая она есть сама по себе, но посредством смыслового и языкового различия вещей. Отсюда, реальность повседневного опыта является опосредованной реальностью и механизмом коллективного преодоления тревоги.
Экзистенциальные вопросы являются, по Гидденсу, одним из основных параметров поздней современности и затрагивают базовые характеристики человеческой жизни, формирующиеся с момента рождения человека. Центральным из таких вопросов выступает существование как таковое, или попытка осмыслить онтологические основания реальности. Быть для индивида всегда означает осознание бытия, а его повседневные действия являются интерпретацией этого осознания. Второй тип экзистенциальных вопросов связан с уже рассмотренными выше экзистенциальными противоречиями, к которым Гидденс добавляет проблему осознания конечности собственного бытия и столкновения с небытием. Конечность бытия обеспечивает возможность сознательного творчества и конструирования моральных смыслов, поддерживаемых фундаментальной тревогой перед лицом смерти. К третьей категории экзистенциальных вопросов относится существование других индивидов. Гидденс отмечает, что данный вопрос нужно относить не столько к проблеме солипсизма и рассмотрения возможного перехода от осознания определенности собственного внутреннего бытия к непознаваемому напрямую внутреннему опыту другого. Этот вопрос скорее относится к связи между познанием других индивидов и онтологической безопасностью. Вера в другого выступает основой опыта стабильного мира и чувства само-идентичности. Само-идентичность относится к четвертому типу экзистенциальных вопросов и затрагивает особенности “рефлексивного понимания личностью своей самости в терминах собственной биографии” [3, с. 53]. Наилучшим способ анализа самоидентичности является рассмотрение случаев ее разрушения, приводящих к ощущению онтологической незащищенности. Ссылаясь на Р. Лэнга, к характеристикам разрушения самоидентичности Гидденс относит отсутствие чувства биографической целостности, тревогу быть растворенным во внешних событиях, невозможность противостоять изменениям внешнего мира, чувство недоверия к себе. При этом индивид с разрушенной самоидентичностью становится крайне самокритичным, вплоть до одержимости в самооценке и самоконтроле.
Развивая концептуализацию экзистенциальных параметров современности, Гидденс пытается связать их с широким кругом социальных аспектов, в частности с проблемой соотношения личности и тела. Тело является воплощением личности и его повседневное использование крайне важно для формирования защиты от разрушения идентичности, обеспечивающей чувство онтологической безопасности. Тело также является важнейшим аспектом действия и фактором доверия со стороны других. Упорядоченный контроль тела обеспечивает стабильность самоидентичности и способы отображение себя для других. Для всех культур характерно некоторое разделение самоидентичности и представления себя в определенных социальных ситуациях и, тем не менее, большинство людей ощущают единство своего тела и личности. В крайних же формах разделение тела и самоидентичности может порождать феномен “ложного Я” (Р. Лэнг), при котором тело становится инструментом манипуляций скрытой самоидентичности и порождает негативные эффекты для личности.
Тело как физический организм является источником удовольствия и боли, отражает сексуальные характеристики и особенности стиля одежды. Эти и другие аспекты в совокупности относятся к режимам тела, то есть к “упорядоченным способам поведения, соответствующим постоянству или культивации характерных телесных особенностей” [3, с. 244]. Режимы имеют фундаментальное значение для самоидентичности, поскольку они связывают привычные способы действия с репрезентацией тела во внешнем мире. Рассматривая социальные аспекты телесной воплощенности, Гидденс затрагивает проблему мотивации, пытаясь связать ее с экзистенциальной тревогой как источником любых мотивов, следование которым формирует чувство онтологической безопасности и целостность самоидентичности. Основными проявлениями фундаментальной тревоги в данном случае являются чувства вины и стыда, которые британский социолог подвергает детальном анализу.
На уровне повседневности фундаментальные экзистенциальные вопросы поздней современности проявляются для личности в конкретных дилеммах – “Что делать?”, “Как поступать?”, “Кем быть?”. Гидденс обращает внимание на эффективность современных духовных практик в их попытке помочь личности в самореализации и решении возникающих повседневных дилемм. В основе духовных практик лежит концентрация внимания и рефлексивности на непосредственном опыте переживания реальности и стремление сделать этот опыт как можно более полным. Полемизируя с положениями духовных практик, Гидденс пытается связать их с проблемами самоидентичности, истории, стиля и стратегий жизни, интимных отношений, судьбы и предопределенности. Он отмечает, что в эпоху поздней современности рефлексивность личности становится непрерывной и всепроникающей, приобретая форму рефлексивной историчности, в центре которой стоит вопрос о том, как личность может использовать каждый момент осознанного опыта для изменения. При этом, самоидентичность как проявление целостности личности выражается в биографическом нарративе, в котором разрозненные жизненные события приводятся к единству. Особенностью самоактуализации и жизненной траектории личности в эпоху поздней современности становится баланс между возможностями и риском, где важнейшую роль играют моральные аспекты, воплощенные в аутентичности, то есть в стремлении к подлинности и отказу от ложного Я в многообразных ситуациях выбора.
По сути, в попытке связать экзистенциальные характеристики самоидентичности с социальными условиями поздней современности, Гидденс подчеркивает аспекты открытости и освобождения от форм (традиций), которые становятся взаимозависимыми на индивидуальном и институциональном уровнях. Риск, возникающий перед неопределенностью будущего, связан с несколькими феноменам, к которым Гидденс относит колонизацию будущего, судьбоносные моменты, изоляцию опыта и кризис личности (tribulations of the self).
Колонизация будущего является попыткой создать определенную степень надежности в перспективе возникающих событий и тем самым способствует формированию жизненной траектории личности. В течении жизни личность сталкивается с судьбоносными моментами, в которые она вынуждена принимать решения, имеющие значительное влияние на ее будущую жизнь. Судьбоносные моменты угрожают “защитному кокону” самоидентичности и ее онтологической безопасности, заставляя индивида открыться будущему. В стремлении повысить степень надежности и онтологической безопасности индивид поддается процессам изоляции опыта, то есть избегания таких видов опыта, которые затрагивают экзистенциальные вопросы. К основным видам опыта, подвергающегося изоляции в эпоху поздней современности, британский социолог относит болезни, сумасшествие, преступность, сексуальность, смерть и природную среду. Механизмы действия социальных институтов, таким образом, заключаются в обеспечении онтологической безопасности повседневной жизни путем изоляции экзистенциальных проблем, которые приводят индивида к фундаментальным моральным дилеммам. Благодаря этому возникают более широкие социальные процессы репрессии экзистенциального опыта и изоляции морали, в контексте которых моральные и эстетические аспекты социальной жизни технологизируются и тем самым происходит, используя терминологию Гидденса, укоренение социальной системы на внутренне референтном уровне3 и его отделение от уровня внешней референтности.
Тем не менее, несмотря на усиливающиеся механизмы защиты онтологической безопасности, одной из важнейших проблем поздней современности остается, по Гидденсу, кризис личности, выражающийся в ощущении беспокойства, тревоги и отчаяния, которые не может до конца устранить институциональная изоляция определенных видов опыта, вновь возникающих в судьбоносные моменты и периоды потрясений. Такое столкновение двух уровней опыта – уровня онтологической безопасности и уровня экзистенциально-моральных проблем порождает в эпоху поздней современности возникновение так называемых “дилемм личности” [3, c. 187-201], разрешение которых выступает необходимым условием сохранения самоидентичности. Гидденс выделяет четыре таких дилеммы, содержание которых отражено в их названиях и полярностях: 1) унификация vs фрагментация; 2) бессилие vs апроприация; 3) авторитет vs неопределенность; 4) персонализированный опыт vs коммодифицированный опыт.
Фоном для всех данных дилемм выступает угроза личностной бессмысленности, которая все еще сдерживается рутинизированными практиками и ощущением онтологической безопасности. Однако, как отмечает британский социолог, “…чем больше открывается и расширяется рефлексивный проект личности и отбрасываются фрагменты традиции, тем более вероятно возвращение подавленного в самый центр современных институтов” [3, c. 202]. Такое возвращение “подавленного” (repressed) в контексте возрастающих тенденций самоактуализации предполагает, иными словами, возвращение моральных и экзистенциальных вопросов как конституирующих элементов социальной жизни.
Возврат подавленных экзистенциальных проблем вызывает существенные изменения политических институтов и возникновение альтернативного феномена “жизненной политики”, тесно связанного с политикой эмансипации, предполагающей освобождение от традиции и иерархического доминирования. Жизненная политика представляет собой политику выбора, возникающую на определенном уровне автономности личности. Это политика жизненного стиля и самоактуализации в рефлексивной и глобализированной социальной среде (табл. 2). Жизненная политика переносит экзистенциальные и моральные проблемы в центр повседневной жизни и публичных дебатов, что представляет собой, с точки зрения Гидденса, не что иное, как социальное воплощение философского “вопроса о бытии” М. Хайдеггера. Тем не менее, жизненная политика не отделяется полностью от традиционного понимания политической сферы и включает в себя вопросы прав, обязанностей и государственного управления.
Таблица 2.
^ Экзистенциальные вопросы и жизненная политика4

Сфера
Моральный сегмент
Внутренне референтные системы
^ Основные моральные проблемы
Экзистенция
Выживание и бытие
Природа
1. Какую ответственность люди несут перед природой?
2. Каковы принципы инвайронментальной этики?
Конечность
Трансценденция
Репродукция
1. Какие права есть у не рожденных детей и утробных плодов?
2. Какие этические принципы должны регулировать генную инженерию?
Индивидуальная и совместная жизнь
Кооперация
Глобальные системы
1. Какие ограничения должны быть наложены на научные и технологические инновации?
2. Какие ограничения должны быть наложены на применение насилия в человеческих отношениях?
Самоидентичность
Индивидуальность
Личность (self)
и тело
1. Какие права человек имеет по отношению к своему телу?
2. Какие гендерные различия необходимо сохранять?
3. Какие права есть у животных?

Выводы.

Подводя итоги рассмотрения экзистенциальной теории общества в социологии Энтони Гидденса, прежде всего, стоит указать на тот факт, что, несмотря на существенный промежуток времени, прошедший с момента изложения представленных идей, их значимость для социологического анализа современного общества остается достаточно высокой. Уже в начале 1990-х годов Гидденс сумел предугадать возрастающие социальные тенденции актуализации экзистенциальных проблем в современном мире. Одним из достижений его экзистенциальной теории, является выделение особенностей динамики двух уровней социального бытия – поверхностного (внутренне референтного, защитного) и глубинного (экзистенциального). И хотя включение Гидденсом различных экзистенциальных аспектов в анализ поздней современности можно назвать экзистенциальной теорией лишь с определенной степенью условности (в силу ее незавершенности и недостаточной систематизированности), все же его исследования в данном направлении позволяют сделать общий вывод о неустранимой тенденции общественного развития в направлении раскрытия экзистенциальных основ социальной реальности. Эти тенденции, на наш взгляд, все больше проявляются в процессах социетальной аутентификации, то есть в обращении к рефлексивной реконструкции социального мира с целью согласования его поверхностных и глубинных уровней в направлении их полной интеграции. Такая аутентификация отражена, помимо прочего, в свободе выбора смыслов и действий, а также в индивидуальной ответственности за совершенные выборы.
Как уже было отмечено, основные трудности при выделении экзистенциальной составляющей из более широких теоретических построений социологии Э. Гидденса заключаются в их недостаточной систематизации и усложненной, разобщенной структуре. В частности, Гидденс не дает и не обосновывает свое определение экзистенциального, что затрудняет все последующее рассмотрение логики его исследований. Также, значительная часть его экзистенциальной теории лишена прояснения целого ряда других понятий и категорий, их связей, а также оснований, на которых они были выделены. Например, противоречивой представляется характеристика современной социальной реальности как одновременно открытого общества риска и закрытой внутренне референтной системы с высоким уровнем онтологической безопасности и изоляцией экзистенциально-морального опыта, хотя Гидденс и указывает на отражение данного противоречия в так называемых “дилеммах личности”. В этом отношении мы присоединяемся к критикам британского социолога, по оценке которых его теория является абстрактной эклектической смесью большого количества различных аспектов, связь которых требует последующих пояснений и интерпретаций. Стоит добавить, что значительное количество критиков вообще отказывают претензиям Гидденса на разрешение противоречий субъективного и объективного, микро и макро, идеального и материального измерений социальной реальности5.
Несмотря на все положительные и отрицательные оценки попыток Гидденса сконструировать экзистенциальную теорию поздней современности, его заслугой можно считать уже сам факт обращения к проблеме экзистенциального уровня социального бытия. Если, согласно итоговым аргументам Гидденса, мы наблюдаем кардинальный переход от внутренне референтных систем к экзистенциальному уровню общества, отраженному в самоактуализации личности, то очевидным становится вывод о необходимости конструирования соответствующего социологического подхода для анализа таких масштабных социальных изменений. Данным подходом, по нашему глубокому убеждению, должна стать экзистенциальная социология, определенный вклад в развитие которой вносит экзистенциальная теория общества Энтони Гидденса.
Литература

  1. Tiryakian E. Review on: Giddens A. New Rules of Sociological Method: A Positive Critique of Interpretive Sociologies. – New York: Basic Books, 1977. –192 p. / E. Tiryakian // American Journal of Sociology. – 1978. ­– Vol. 83. – № 4. – P. 1022-1025.

  2. Гидденс Э. Устроение общества: очерк теории структурации / Э. Гидденс. – М. : Академпроект, 2005.

  3. Giddens E. Modernity and Self-Identity: Self and Society in the Late Modern Age / E. Giddens. – Standford : Standford University Press, 1991.

  4. Giddens E. The Transformation of Intimacy / E. Giddens. – Stanford : Stanford University Press, 1992.

  5. Wagner G. Giddens on Subjectivity and Social Order / G. Wagner // Journal for the Theory of Social Behaviour. – 1993. – Vol. 23. – № 2. – P. 139-153.

Аннотация


В статье представлена попытка целостного отображения экзистенциальной теории общества как элемента теории структурации известного британского социолога Энтони Гидденса. Рассмотрены две основные экзистенциальные концепции Гидденса – концепция экзистенциальных противоречий общества и концепция экзистенциальных параметров поздней современности. Автор статьи утверждает необходимость развития экзистенциальной социологии как одного из наиболее релевантных подходов к анализу современных социальных процессов и явлений. Отмечается, что экзистенциальная теория Э. Гидденса должна быть включена в общий процесс конструирования экзистенциальной социологии.

^ Ключевые слова:

Энтони Гидденс, теория структурации, экзистенциальные противоречия, экзистенциальные параметры, поздняя современность, экзистенциальная социология.

Анотація


У статті представлена ​​спроба цілісного відображення екзистенціальної теорії суспільства як елемента теорії структурації відомого британського соціолога Ентоні Гідденса. Розглянуто дві основні екзистенціальні концепції Гідденса – концепція екзистенціальних протиріч суспільства і концепція екзистенціальних параметрів пізньої сучасності. Автор статті стверджує необхідність розвитку екзистенціальної соціології як одного з найбільш релевантних підходів до аналізу сучасних соціальних процесів і явищ. Відзначається, що екзистенціальна теорія Е. Гідденса повинна бути включена в загальний процес конструювання екзистенціальної соціології.

^ Ключові слова:

Ентоні Гідденс, теорія структурації, екзистенціальні протиріччя, екзистенціальні параметри, пізня сучасність, екзистенціальна соціологія.

Abstract


The paper is an attempt to show an existential theory of society as part of the theory of structuration of the famous British sociologist Anthony Giddens. Two main existential concepts in Giddens – the concept of existential contradictions of society and the concept of existential parameters of late modernity – are considered. The author asserts the necessity of existential sociology as one of the most relevant approaches to the analysis of contemporary social processes and phenomena. It is noted that existential theory of Anthony Giddens should be included in the overall process of existential sociology’s development.

Keywords:

Anthony Giddens, structuration theory, existential contradictions, existential parameters, late modernity, existential sociology.

1 Экзистенциальная теория общества в социологии Э. Гидденса // Соціологічні дослідження: Збірник наукових праць.  № 12.  Луганськ: Вид-во СНУ ім. В. Даля, 2012.  С.75-87.

2 Адаптировано [2, c. 279].

3 Понятие внутренне референтной системы у Гидденса является достаточно абстрактным. Под ним понимаются “порядки активности, детерминированные принципами внутренними по отношению к самим себе” [4, с. 174].

4 Адаптировано [3, c. 227].

5 Характерным примером критики обоснования связей экзистенциальных и социальных уровней бытия в социологии Гидденса является статья Г. Вагнера “Гидденс о субъективности и социальном порядке” [5].
Добавить документ в свой блог или на сайт
statya-314-analiticheskie-registri-nalogovogo-ucheta-zakon-chelyabinskoj-oblasti-30-aprelya-2009-goda-418-zo-ob.html
statya-316-poryadok-nalogovogo-ucheta-dohodov-ot-realizacii-zakon-chelyabinskoj-oblasti-30-aprelya-2009-goda-418-zo.html
statya-316-rasprostranenie-konfidencialnih-svedenij-o-lice-postradavshem-ot-torgovli-lyudmi.html
statya-317-poryadok-nalogovogo-ucheta-otdelnih-vidov-vnerealizacionnih-dohodov-5-avgusta-2000-goda-n-117-fz.html
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат