Елена Лацци Марина Канторова - страница 3

Религия


С религиозной точки зрения лесбиянки — это падшие женщины, блудницы, которые занимаются прелюбодея­нием, поскольку их сексуальные устремления и интере­сы лежат вне области брачных отношений и не имеют целью продолжение рода. Все традиционные христиан­ские конфессии официально считают гомосексуальные отношения греховными.

Законодательство


Для социальных уложений и институтов, таких как си­стема здравоохранения. Жилищный и Трудовой кодек­сы, лесбиянка у нас в стране абсолютно бесправна — она не может вступить со своей подругой в официальный брак, не наследует ее имущества, не может в качестве близкого родственника ухаживать за ней в больнице, взять больничный по уходу за ее ребенком.

Средства массовой информации


В средствах массовой информации, формирующих об­щественное мнение, лесбиянки сегодня предстают либо малолетними дурочками — жертвами моды, либо соци­ально неблагополучными женщинами, судимыми и стра­дающими алкоголизмом, либо существами неопределен­ного пола, не вызывающими интереса мужчин.
А еше совсем недавно о лесбиянках писали как о боль­ных людях, которых нужно лечить. Вот очень показатель­ный материал — статья некой Александры Сазоновой [Сазонова А. Однополая любовь: болезнь или грех? Дочки-Матери АиФ. № 17. Июль 1997.] «Москвички с острова Лесбос», напечатанная когда-то в газете «Дочки-Матери», приложении к «Аргументам и фактам».
Цитирую: «Врачи предполагают, что среди женщин гомосексуализм не менее популярен, чем среди мужчин, и составляет 5-10% от нормы. Если вдуматься, потрясает. Мы все. нормальные, живем, ходим, разгова­риваем с другими женщинами, и из каждых ста — десять лесбиянки. Они так же. как и мы. интересуются полити­кой, слушают музыку, восторгаются природой и нико­гда не заговорят о сексе, детях, мужчинах». Или вот еще: «Нижегородские психиатры... лечат лесбиянок по анало­гии с алкоголиками. Больной дают препараты, вызываю­щие сильную рвоту, общую слабость, чувство психологи­ческого дискомфорта, страха. В помещении выключают верхний свет и в приглушенном полумраке, под звуки эротической музыки показывают видеофильмы о лесби­янках. Больная корчится в муках на фоне обнаженной женской натуры столько раз и до тех пор. пока не выра­ботает стойкое отвращение к сексу с женщинами».

Общественное мнение


С гомофобией окружающих можно столкнуться в самых разных ситуациях: в транспорте, в магазине, на пляже, в поликлинике. Кому-то может не понравиться, что ты выглядишь и одеваешься, как мужчина, кто-то начина­ет отпускать оскорбительные замечания, увидев, как вы идете по улице в обнимку.
Раньше достаточно часто сталкивался (девушка пишет о себе в мужском роде — Е. Л., М. К.) с проявлением гомофобии по отношению ко мне. Ну представьте себе: девушка-подросток очень высокого роста и никак не похожая на девушку пытает­ся «стать, как все», то есть носить юбки, платья-кофточки, кра­ситься и прочее... Тысячу раз слышал за спиной: «Чего это он в платье вырядился?» Пару раз меня за это били.
Несколько раз бывали стычки и когда я стал старше. Иду с хорошенькой девушкой по улице, наглядеться друг на друга не можем (причем ведем себя более чем прилично), но кто-то все равно улавливает, что «что-то не так»: особенно это раздра­жает быкообразное пьяное мужское население до 35, они бо­лее заинтересованно разглядывают хорошеньких девчонок, а когда замечают, что на них никто внимания не обращает, ужасно бесятся... Бывали случаи, когда они провоцировали драку... надо же поставить на место этого урода, оно же непо­нятно какого пола — не то мальчик, не то девочка.
Нам зачастую приходится врать врачам в женской консультации в ответ на вопрос о методах предохране­ния и специалистам в медицинских центрах, если мы решили сделать искусственную инсеминацию: мало ли что думает этот конкретный врач о том, имеет ли лесби­янка право рожать детей! На работе или в компании ма­лознакомых людей мы порой вынуждены улыбаться, слушая похабные анекдоты про геев и лесбиянок, и не смеем возразить человеку, уверенно говорящему нам: «Да они все убогие, эти лесбиянки!» Вот несколько вы­сказываний на форуме в Интернете, наглядно иллюст­рирующих общественное мнение о лесбиянках.
Если два человека решили жить вместе и они любят друг дру­га, пусть они даже и однополые, это нормально... Так сказать, только гражданским браком... Официально регистрировать такие браки нельзя... Свобода свободой, но гомосексуализм есть болезнь, это отклонение от нормы...
Природа нам дала два пола! Я считаю, что однополая лю­бовь — это болезнь. Надо таких людей не лечить, а уничтожать! Смысл жизни людей — это продолжение рода, а как гомосек­суалисты или лесбиянки заведут себе детей?
Я прекрасно отношусь к «непохожим на меня людям», есть друзья-геи, и одна из бывших девушек была «би»! Я просто счи­таю это психическим заболеванием, как депрессия или аллер­гия, и лечится это заболевание хорошим сексом с любимым че­ловеком противоположного пола!
И ведь не станешь каждому встречному гомофобу объяснять, что гомосексуализм давно исключен Всемир­ной организацией здравоохранения из списка заболева­ний. На это никаких нервов не хватит!

Работа


Вслух говорить о своей ориентации на работе — зачас­тую значит рисковать не только собственным психологи­ческим комфортом, но и самой работой. У нас ведь могут кого угодно уволить без объяснения причин, особенно в частных компаниях. То есть лесбиянка вынуждена либо скрывать свою ориентацию, представать в глазах коллег женщиной с неудавшейся личной жизнью, либо ставить их в известность о специфике своей личной жизни и фактически ждать вынесения приговора: сочтут ли ее профессиональные качества более значимыми в этой ситуации, будут ли уважать ее как человека и сотрудни­ка? Уволят сразу? Начнут выживать постепенно?
Люди в открытую навязывают мне статус незамужней бессе­мейной женщины с ребенком, игнорируя наличие у меня се­мьи. Иногда, чаше в пьяном панибратстве, я слышу оценочные суждения в свой адрес оскорбительного содержания. Меня за­ставляют считать себя убогой, и это, наверное, самое тяжелое.
На работе напрямую никто ничего не говорит, но смотрят ис­коса. Зато говорят негативно при случае о гомосексуализме в целом.

Друзья


Все мы родились в выросли в обществе гетеросексуаль­ном. И потому большинство наших друзей, как правило, гетеросексуальны. Реакция на известие о гомосексуа­лизме одного из членов гетеросексуальной компании мо­жет быть неоднозначной.
Друзья могут перестать с тобой общаться. Могут счесть, что тебя просто «сбили с пути истинного», и на­чать бороться за твое возвращение в лоно большинст­ва — путем воспитательных бесед, попыток познако­мить тебя с мужчиной, игнорирования твоей подруги, якобы объективных «дружеских» замечаний относитель­но ее внешних и внутренних качеств. Иногда друзья со­храняют с тобой дружеские отношения, но. например, не принимают вас в своем доме, мотивируя это возмож­ной негативной реакцией родителей. Очень неприятными могут быть их совершенно искренние (и не осознаваемые как гомофобные) реплики, так или иначе демонстри­рующие, что друзья не принимают всерьез ваших отно­шений, считают все это блажью, экстравагантностью, стремлением к эпатажу.
Лена: Помню, одна моя приятельница как-то сказала: «Нет, я совершенно ничего не имею против ваших с Мариной отношений, это ваше личное дело, если вам хорошо, то и слава богу... Но... Я бы все поняла, если бы ты всегда была такой... Но ты же была нормальным человеком!»

Многие мои приятели, с которыми я вижусь довольно редко, каждый раз встречают меня вопросом: «Как личная жизнь? Все еще с Мариной?»
А мама одной нашей подруги, человек глубоко верующий, узнав о том, что Марина беременна, очень смешно отреагировала: «Ну. дай вам Бог, девочки, дай вам Бог! Хотя не знаю, не знаю...»
Марина: Нам очень повезло с друзьями. Узнав о нашей ориентации, ни один из них не изменил к нам отношения, мы по-прежнему ходим друг к другу в гости, дружим домами и вместе выезжаем за город. Но все-таки иногда мы слышим от некоторых из них фразы вроде: «Девочки, ну посмотрите вы на себя — какие же вы лесбиянки! Нашли бы вы себе по хорошему мужику» или «Будь готова к тому, что она рано или поздно все-таки решит выйти замуж». То есть по отношению к нам выступают с позиции, которая была бы странной в разговоре с гетеросексуальной парой — эти же самые люди, мне кажется, никогда бы не стали советовать гетеросексуальной женщине найти себе му­жа получше (тем более если муж тоже принадлежит к их компании) или ни с того ни с сего сообщать женатому мужчине, что жена его обязательно бросит. И я вижу, что большинство наших гетеросексуальных друзей не может от­носиться к нашему сыну именно как к нашему, а не только моему. Им кажет­ся, что Лена просто из любви ко мне заботится о моем ребенке. Конечно, приятно, когда твою любимую женщину уважают, но все-таки иногда стано­вится обидно, что к тебе самой относятся как к матери-одиночке.
Боясь потерять близких друзей, многие лесбиянки предпочитают не говорить о своей ориентации даже им. Однако избежать дискомфорта это не помогает.
Гомофобия у моих друзей если и проскальзывает, то в бытовой форме. К примеру, видят они объявление о работе, в котором пишут, что инвалиды и другие обиженные по жизни (как пра­вило, негры и женщины) пойдут в первую очередь, — и острят, мол, напиши, что ты лесбиянка. Юмористы, блин!
Друзья считают меня человечком с несложившейся личной жизнью. Напрягает еще, что иногда все-таки приходится от­водить подозрения и не разглашать свои пристрастия, что мне нравятся, к примеру, и «Ночные снайперы», и Сурганова, и Земфира, что иногда я хожу в кино на тематические фильмы и с удовольствием читаю Сару Уотерс [Сара Уотерс — современная английская писательница, лауреат мно­гих престижных литературных премий, автор нескольких романов о женской любви, действие которых происходит в викторианскую эпоху]... Иногда ко мне прихо­дит ощущение собственной никчемности и мысль, что я неудач­ник, блин... Собственная скрытая гомофобия придает сочно­сти в самоосознании себя уродом в такие моменты, и друзья мне здесь не помогут. Еше вот минус (скорее уже такой тайной жизни) — у нас в этом месяце десятилетие (совместной жиз­ни — Е.Л., М. К.), но по этому поводу не закатить мне большую пьянку...

Родители


Родители в большинстве своем, конечно, тоже не прини­мают гомосексуальной ориентации детей, по крайней мере вначале. И это самый больной и самый сложный во­прос для многих лесбиянок. Можно уволиться и найти другую работу, можно придумывать себе легенды в по­ликлинике и в отпуске, можно рассориться с друзьями и найти новых — но родители у нас одни. Их неприятие всего, что связано с гомосексуальностью, может иметь для нас очень конкретные последствия: психологиче­ские, физические, материальные. Родители могут из­бить, выгнать из дома и перестать общаться на долгие годы. А могут просто слечь с сердечным приступом — и ты всю оставшуюся жизнь будешь чувствовать себя извергом. Поэтому вскользь брошенная фраза: «Если бы ты была лесбиянкой, мы бы пошли и повесились на пер­вом столбе» навсегда отбивает охоту признаваться в сво­ей ориентации родителям.
Гомофобия отвратительна не только потому, что отвра­тительны ее прямые проявления, но и потому, что она заставляет постоянно занимать позицию либо прячуще­гося, либо идущего на амбразуру. И то и другое очень плохо действует на психику: человек либо замыкается в себе, внутренне соглашается с тем. что он моральный урод, либо начинает видеть проявления гомофобии да­же там. где их нет. вести себя неадекватно, впадать в ра­дикальный феминизм и пр. Нарочито мужественный или неопрятный облик некоторых лесбиянок, экстре­мальные прически и вызывающее поведение — все это. на наш взгляд, возникает как раз как ответная реакция на гомофооность общества. Устав доказывать, что она на самом деле точно такой же человек (или изначально не желая или не имея сил кому-то что-то доказывать), лесбиянка этим сообщает: «Да. видите, я не такая! И ос­тавьте меня в покое!» Окружающие же видят только этих лесбиянок, как наиболее заметных, и с удовлетво­рением заключают: «Вот видите! Они такие странные... бреются налысо... не красятся... все время в штанах... Они совсем не похожи на нас». Замкнутый круг, разо­рвать который в обществе в целом, увы, удастся не скоро. Что же делать? Преодолевать конфликт на уровне от­ношений с конкретными людьми. Но прежде, чем мы начнем разговор об этом, хочется сказать одну важную вещь. Несмотря на все проявления гомофобии, которых вокруг сколько угодно, окружающий мир к тебе скорее равнодушен, чем враждебен. Более того, у тебя есть лю­ди, которые тебя искренне любят и совершенно не хотят причинять тебе боль. Поэтому твоя задача — постарать­ся сделать так, чтобы в процессе реализации своего жиз­ненного сценария в рамках гомосексуальной ориента­ции враждебности ты испытывала как можно меньше, а дружелюбия — как можно больше. Это сложно, но со­вершенно реально. Главное — не ждать, что перемены к лучшему в твоей жизни случатся сами по себе, а дейст­вовать. Помнится, одна наша знакомая, рассказывая о поездке во Францию в рамках студенческого обмена, жаловалась, что по вечерам в доме принимающей ее се­мьи чувствует себя очень одиноко. Все собираются в гос­тиной, а она сидит в своей комнате... Спуститься в гос­тиную девушке почему-то не пришло в голову!
То же самое и в твоем случае: если ты хочешь понима­ния от окружающих — иди к ним, иначе как они догада­ются о том, что у тебя проблемы и ты ждешь помощи?

Преодоление конфликта
Но давайте посмотрим, так ли все страшно на самом де­ле? Ведь варианты построения более комфортных, более позитивных и более прогрессивных отношений с окру­жающим миром на самом деле существуют, нужно толь­ко найти их.
Шаг 1. Для начала надо перестать концентрироваться на том. что ты не такая. Многие с этим успешно справля­ются, прекрасно понимая, что каких-то глобальных от­личий между гомосексуальной и гетеросексуальной жен­щиной нет.
В обыденной жизни я не чувствую ничего, что отличало бы меня от гетеросексуальных женщин — я даже флиртую с мужчи­нами, хотя, конечно, не так активно, как в прошлом, и скорее в силу стереотипов: мужчины ведь сами ждут от нас флирта. Зато они мои лучшие друзья.
На самом деле я думаю, что все женщины разные, и дело не в том, гетеросексуальны они или нет.
Особой разницы между собой и гетеросексуальными женщи­нами я не вижу. Ну разве что чуть меньше меня интересуют походы в магазин «посмотреть»... Хотя и среди моих подруг ге­теросексуальной ориентации встречаются ярые противники шопинга, тщательного макияжа и создания всякого рода ан­самблей из наличествующих в доме вещей.
Я не думаю, что чем-то отличаюсь от гетеросексуальных жен­щин, нет во мне каких-то таких качеств, которых не может быть у таких женщин. Да и во внешности у меня тоже никаких опознавательных знаков нет. Если я когда-то и чувствовала, что чем-то отличаюсь от других женщин, так это мироощуще­нием, а не тем, что мне больше нравятся девушки.
Почти ничем мы друг от друга не отличаемся. Если они обсуж­дают своих и не своих мужчин, то мы соответственно — жен­щин. Остальные различия сугубо индивидуальны. Ну вот раз­ве что манера одеваться.
Если честно, то не особо я отличаюсь. Может, только внешним видом. Не могу сказать, что вся такая мужеподобная, но и нежным созданием меня не назвать. Я стригусь коротко... но стриглась коротко и раньше, еще до проявления интереса к женскому полу. Мне просто нравится короткая стрижка. Это удобно и мне это идет больше, чем длинные волосы.
Шаг 2. Нужно напрячься и найти плюсы в том, что ты лесбиянка. Чтобы тебе было легче, мы опять же приве­дем ряд примеров, которые могут направить твои мыс­ли в позитивное русло.
У гетеросексуальных женщин (такие уж мне встречались) есть такое сочетание — иронии, легкомыслия с покорной выносли­востью. В серьезных вопросах часто гетеросексуальные жен­щины кажутся мне чрезмерно легкомысленными и неглубоки­ми... Мама утверждала, например, что женщина— существо довольно выносливое, и то. что кажется тяжелым, может пере­нести, вытерпеть. Вот это «вытерпеть» — совершенно гетеро­сексуальная черта, на мой взгляд. Женщина просто может быть сильной духом, а не «вытерпевающей».
Мне кажется, что в союзе «женщина—женщина» нет того идиотского соперничества, как в гетеросексуальных парах.
Обе стремятся к открытым отношениям, более искренним и нежным. Мужчина же всегда старается доказать что-то типа «кто в доме хозяин», «у каждого свои обязанности» и прочую чушь.
Я не так сильно подвержена стереотипу «женщина должна...» Я более реалистична.
Я не интересуюсь модой, не люблю сплетни, мне неинтересно, с кем спит мой шеф.
Во-первых, я чувствую себя гораздо более закаленной, чем мои гетеросексуальные сверстницы. Я пережила такую внут­реннюю катастрофу, с которой большинство из них не сталки­валось, и справилась с ней. Меня мучили вопросы, которые другим не приходили в голову, и я научилась находить ответы на них. Я раньше стала задумываться и раньше повзрослела. Я живу с любимым человеком не благодаря, а вопреки всему— поначалу родителям, знакомым, обществу, государству. Это все окрашивает жизнь в иной цвет.
Во-вторых, я, хоть и с муками, но согласилась принять на себя ответственность за свою жизнь. Большинство гетеросек-суалок моего возраста до сих пор связывают свое будущее с за­мужеством. Им не нужно зарабатывать на жилье, поскольку предполагается, что муж будет с квартирой. Им не так уж нужно делать карьеру, потому что — муж. Я утрирую, конечно, но в мозгу женщин действительно есть та точка, эта кирпич­ная стена (замужество), дальше которой в будущее они не за­глядывают. Очень многие женщины боятся независимости. Принять ответственность на себя — страшно, я помню. Когда мама узнала о моем «романе» с девушкой, она поставила ульти­матум: илия «прекращаю всю эту гадость», или изыскиваю себе средства на съем квартиры. Конечно, сказано это было сгоря­ча, потом она много раз извинялась, но фраза эта сильно меня отрезвила. Действительно, чтобы жить так. как я хочу, я должна сама обеспечить себе эту жизнь. В 18 лет я бросила любимый университет, устроившись на первую попавшуюся работу. А по­том вообще уехала в Москву, обеспечив себе абсолютную фи­нансовую независимость. Не сказать, чтоб избалованному, любимому единственному ребенку в семье это принятие от­ветственности далось легко. Думаю, что этим я отличаюсь от многих гетеросексуальных женщин.
В-третьих, мой жизненный путь не расписан никакими нормами и устоями. Мои близкие все обо мне знают, поэтому я не обязана выходить-замуж-уходить-в-декрет-рожать-сидеть-с-детьмн и т. п. Меня не волнует, что думают мои коллеги по поводу наличия-отсутствия у меня мужа или бой-френда (как я успела заметить, проблема эта причиняет боль многим ум­ным и взрослым гетеросексуальным женщинам). Я по умолчанию выключена из круга «А что люди скажут», поэтому меня не беспокоит, что думают обо мне и моей подруге соседи, пасса­жиры в метро, врачи в поликлинике и т. п. Этим я тоже отли­чаюсь от гетеросексуальных женщин, которые, осознанно или нет, не выходят из этого круга.
В-четвертых, я не обязана стирать и готовить, как, впро­чем, не должна и точить ножи и прибивать гвозди. Все хозяй­ственные вопросы решаются объективно: кто может, кто хо­чет, кому меньше лень, тот все и делает. Поэтому я избавлена от рефлексии на тему «ах. не умею готовить или вязать на спи­цах»...
Ну и, конечно, в-пятых. Я. разумеется, не могу поболтать на работе о своей личной жизни. Одна хожу на корпоративные вечеринки, куда приглашаются пары. Не могу участвовать в программе «Молодой семье —доступное жилье». Не могу ука­зывать реальную цифру в графе «совокупный доход семьи», когда оформляю кредит, и т. д. и т. п. Но, в сущности, это все такая ерунда!
Шаг 3. Осознай и прими какданность существующие проблемы. Попробуй разделить их на те, которые нахо­дятся вне твоей компетенции, и те, которые вполне ре­шаемы, стоит только захотеть.
Ты не можешь родить ребенка от любимой женщины — природа этого не предусмотрела, а наука пока никак нам не помогла.
Ты не можешь официально оформить ваши отношения. По крайней мере в России.
Ты не можешь искоренить гомофобию на всех уровнях.
Все остальное ты, в общем-то. можешь. Стоит только за­хотеть. Как говорится: «Кто хочет, ищет способ, кто не хочет — оправдание».
Марина: Ты вспомни, как мы с тобой девять лет назад прибегали ко мне до­мой в два часа дня — благо преподавательская работа позволяла обеим рано освобождаться, — а через сорок минут уже шли дальше — гулять, сидеть в кафе, думать, к кому бы напроситься в гости, лучше с ночевкой.
Было совершенно непонятно, как жить дальше, что же теперь с нами бу­дет, сколько лет мы сможем так прятаться и бегать. И самое страшное: что станет с нашими мамами, когда они узнают о том, что мы любим друг друга, что они скажут нам и какого масштаба скандал при этом разразится. В какой-то момент нам начало казаться, что впереди нас ожидают неминуемое рас­ставание и полная беспросветность, что мы должны выбирать между мамами и друг другом, что мы обязаны пожертвовать нашей любовью ради спокойствия и благополучия близких... На это мы хором сказали, что нет, мы не ви­дим себя в качестве трагических героинь и очень хотим быть счастливыми и быть вместе.
Вот эта решимость во что бы то ни стало быть счаст­ливой — и есть та самая волшебная палочка, которая творит самые настоящие чудеса. Все остальное — дело техники.
Если есть решимость, можно считать, что полдела сде­лано. Теперь нужно понять, как действовать. В одиночку преодолеть все проблемы сложно: слишком велика веро­ятность ошибиться, не учесть каких-то важных момен­тов, не заметить сушествуюших возможностей. Поэтому имеет смысл найти тех. кто поможет тебе. Как найти та­ких людей?
Выход в общество
Лена: Первая попытка получить какую-то поддержку от внешнего мира быта скорее вынужденной, чем добровольной. Когда однажды вечером мама в разговоре со мной по телефону (я уже покинула родной дом и сняла квартиру пополам с лучшей школьной подругой, которая не вызывала у моих родите­лей никаких подозрений) поделилась со мной прекрасной идеей: приехать и проверить, не живет ли в этой квартире Марина, я в полной истерике набра­ла телефон знакомого психолога — умного, вменяемого, с чувством юмора мужчины, сбивчиво изложила ему ситуацию и приготовилась слушать всякие полезные советы. Однако услышала совсем другое: «Это совершенно естест­венная ситуация, и в ней ты теперь будешь находиться всегда. Ты будешь пря­таться, врать и переезжать с места на место каждую неделю. Ты никогда не сможешь примирить маму и Марину. Кого-то из них тебе придется поте­рять, и ты должна сделать выбор». Не веря своим ушам, я сбивчиво поблаго­дарила психолога, повесила трубку и впала в ступор. Поверить в то. что моя жизнь отныне и навсегда превратится в плохой телесериал (спасибо, что не фильм ужасов], моя оптимистическая натура отказывалась. Выпала я из сту­пора минут через десять — решив, что товарищ «гонит».
Я потом не раз вспоминала эту историю и все пыталась определить, что же это был за психологический прием такой — начать нагнетать обстановку вместо того, чтобы как-то успокоить клиента.. И в какой-то момент поняла, что психолог все правильно сделал. Он нарисовал мне столь мрачную карти­ну моего будущего, чтобы я лучше поняла, что мне предстоит. «Ах, ты к этому не готова? Ты не хочешь тратить на это свои молодые годы? Спасибо, до свидания. Лучше сейчас, чем завтра, через месяц, через год — устав от такой жизни. Не трать свое и ее время. Иди на все четыре стороны». «Ах, ты гото­ва? Окей. тогда вперед. И не говори, что тебя не предупреждали. Тебя обо всем предупредили, и ты сама это выбрала». Я сама это выбрала...
Был и еще одна попытка общения с психологом — на этот раз с седовла­сой интеллигентной дамой. Кажется, началось все с того, что мама настой­чиво начала отправлять меня к психологу*—якобы со мной не все в порядке, пусть меня вылечат. Я. подумав, не стала отказываться, а просто нашла тако­го психолога, который в уме и который не скажет маме, что меня нужно ле­чить.
Психолог разговаривала с нами вместе и по очереди, разошлись с мок­рыми глазами, но успокоенные. В ответ на мамины жалобы «дочь-связалась-с-этой-страшной-женшиной» психолог высказала одну очень прогрессивную мысль: «То же самое вы говорили бы и в тех случаях, если бы дочь ваша вы­шла замуж за старого, лысого, разведенного, одноногого и пр.». Мама заду­малась. ..
Пытаясь почитать какую-нибудь серьезную литературу по теме однопо­лых отношений, а не просто стихи и рассказы влюбленных девушек, мы с Ма­риной отправились в центр тендерных проблем. Помню, чем ближе подходи­ли, тем меньше становилась наша решимость открыть дверь и сказать: «Здравствуйте! Что у вас можно почитать о лесбиянках?» Слово-то какое... неприличное... И как на нас люди посмотрят? Однако вошли, поздоровались и, по-прежнему держась за руки, провозгласили, что у нас «научный интерес в области однополых отношений». Нужной нам литературы в тот момент, увы, не оказалось, и мы ушли ни с чем. Зато, думаю, наш визит очень позабавил сотрудников центра.

stranstviya-maga-stranica-31.html
stranstviya-maga-stranica-32.html
stranstviya-maga-stranica-33.html
stranstviya-po-indii-zhizn-ramanudzhacharij.html
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат
Реферат